р.Б. Иоанн

"Если Христос - человек, то почему он был лишён
общей участи с нами?"

Я казах. По традиции держался ислама. Не признавал Троицу, Боговоплощение. Но с Христианством меня косвенно связывала моя профессия. Я пианист, успевший стать лауреатом многих конкурсов, включая международных. Я с детства верил в Единого Живого Бога, Его Промысл, бессмертность своего бытия, рай и ад, и даже в смерть и воскресение Иисуса Христа! Не признавал в исламе отвержение изобразительного искусства. Молился просто от сердца и читал арабские молитвы. Мнение мусульман о вознесении Христа до смерти (подобно Еноху и Илье, не испытавших смерти, но промыслительно взятых на небо) меня не удовлетворяло. Если Христос - человек, то почему он был лишён общей участи с нами? Да, он великий пророк. Но Аллах силен и воскресить его. Я верил в Воскресение Иисуса всегда, так как с детства верю, что Бог всемогущ, Жизнь сильнее смерти, Добро победит зло, Истина восторжествует. Однако, не принимая того, что у Аллаха есть родной сын, я всё же молился Христу, как самому Великому святому. 

И вот однажды, один мой соклассник кальвинист при всём классе сказал, что согласно Библии спасутся только христиане. Я обвинил его в буквальном понимании Писания. Но с тех пор во мне закралось беспокойство. Я отнюдь не собирался попадать в ад. А вдруг он прав? Я стал изучать религии. Буддизм отверг сразу, так как в молитвах Единому Богу я удостоверялся в реальности Духовного Личного Бога. Иудаизм сильно ограничен верой в богоизбранность евреев. Истина в исламе или в Христианстве. Я пошёл в кальвинистскую церковь. Но мне сказали: "как же хорошо, что Бог избрал нас ко спасению, а остальные Им избраны к осуждению!" А я больше всего ненавижу фатализм. В этом я также не соглашался с исламом. 

В 1999 году я был в Риме на конкурсе пианистов. Там я ходил в ближайший католический костёл молиться. Я подошёл к Распятию, преклонил колени и стал просить Христа помочь мне выиграть. Молился о родных. И вдруг, смотря на измождённое тело Иисуса, во мне что-то перевернулось. Я понял сердцем, что Христос так нас любит, что взошёл на Крест ради нашего спасения. Мне стало
его очень-очень жалко. Я плакал и целовал его ноги. Каялся. Каждый день я ходил в костёл. Но креститься не торопился. Впервые открыл Библию в Алма-Ате. Я благоговел перед Библией и священством. Трижды во сне видел Могучий, Слепящий, ни на что не похожий Свет. Я почёл это знамением. Ислам, почему-то всегда ассоциировался с темнотой, хотя я знал его и защищал перед
христианами. Христианство же я всегда ощущал в золотом цвете. Не могу объяснить, почему. В Евангелии я акцентировал внимание только на словах Отца. Когда я прочёл: "Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение. Его послушайте", я уверовал в Иисуса как в Сына Аллаха.

 Затем в православной церкви я нашёл книгу о жизни Мухаммада. Факты свидетельствовали явно не в пользу святости пророка ислама. Отверг также иеговизм за крестоборческий уклон. При маме выбросил их журналы со словами: «они отвергают Крест». Но и лукавый не дремал. Я стал ощущать нападения и устрашения между сном и бодрствованием. Меня много раз парализовывало. До этого у меня никогда такого не было. Я не видел бесов, но чувствовал, как они на меня наседают и сдавливают. Протестанты меня успокаивали тем, что важно веровать во Христа, а креститься не столь обязательно. Я думал: «значит и проблем с мамой не будет». Но меня мучила проблема иконы. Исследовав, я понял, что икона свидетельствует о Воплощении Сына и показывает плоды Искупления: святость христиан. Узнал, что ещё в Ветхом Завете были изображения святых херувимов в синагогах, что отождествлять идолы и иконы всё равно, что уравнивать образы бесов и не
святых людей с вещественными святынями, сотворённых избранными художниками по указанию Яхве Моисею.
Я решил стать католиком. Готовился к Крещению, посещал катехизические курсы в Москве. Изучал различия с православием. Папский догмат меня не отталкивал, до проблемы Filioque мне было далеко. Но догмат о Непорочном зачатии Марии меня не успокаивал. И вот мне попалась брошюрка Игнатия Брянчанинова об этой проблеме. Действительно, если Мария изъята из общей всему человечеству смертности, наследуемой от падшего Адама через плотское рождение, то значит
Она единственная, кто не нуждается в Спасителе! Но Она Сама ниспровергает это утверждение, восклицая: "Возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моём!" Католическая Церковь догматически ошибается.

Итак, выбор был сделан! Только в Православной Вере все догматы истинны! Я крестился в Православии, избрав себе имя Иоанна Дамаскина, так как он музыкант, живший при мусульманах и пострадавший от них за веру Православную. После Крещения бесы не наседали на меня, но год ещё парализовывали меня страхом во сне. Я не мог перекреститься, но гнал их Иисусовой Молитвой. Мой друг часто видел их и слышал жуткий хохот. Он увидел во сне Христа, Который вручил ему крест. На следующее утро он покрестился в Православии. Его отец, экстрасенс, намеренно приставил к сыну беса, за то, что сын отверг ислам. И после Причащения бес ему мстит...

Христианство для меня не столько восхождение нас к Богу, подобно другим религиям-культурам, а скорее нисхождение Бога к нам, Его проникновение в нас, в дух-душу и плоть. Спасение – это не просто вхождение в рай, а неслиянное срастворение Благодати в моём естестве, усвояемость, восприимчивость Бога, когда Божественность Низшая становится моей второй природой. Это Дело (Домостроительство) Святого Духа, которое является целью, плодом Дела (Домостроительства) Сына. Спасение человеческой природы, совершённое Иисусом, сообщается каждой личности Крещением. А Сила Крещения в Личностных Именах Троицы! Имя Божественной Личности меня спасает, будь то «Отец», «Сын», «Святой Дух», «Иисус», «Христос», «Слово». Самое же необходимое, крестоцентричное Имя Божье – «Иисус». «АЛЛА – ИЕШУА, кешiр менi» - вот моя казахская формула Иисусовой молитвы. Слава Вере Христианской, Слава Вере Православной!

^{email: umaximov@newmail.ru}