Дон МакКерри

Семья Авраама: исцеление сломанной ветви

Глава 27 Иисус и суфии

Которого не видев, любите, и Которого доселе не видя, но веруя в Него, радуетесь радостью неизреченною и преславною, достигая наконец верою вашей спасения душ (1 Петра 1:8-9)

Иисусу было бы проще среди суфиев, чем среди обмирщенных мусульман, поскольку суфии уже выказали свою жажду в познании Бога.

Прежде чем перейти к обсуждению различных подходов к суфиям, отметим, что не следует надеяться, что дело здесь пойдет очень легко. Мы должны помнить, что их верность (полное послушание) не принадлежит Христу, что одержимость идеей "внутреннего света" позволяет вражьей силе, принимающей вид истинного света, завладеть последователями этого учения, и что синкретичные обряды могут открыть доступ и в бесовский мир, противостоящий Христу.

Необходимость быть уверенным в вашем собственном положении во Христе.

Таким образом, приступая к обращению суфиев, прежде всего вы должны помнить о том, что живущий в вас Христос больше любых духов, которые могут вселяться в суфия или которым он подчиняется (1 Иоанна 4:4).

И наше дело употребить власть и силу, данную нам Христом, и превышающую вражью силу (Луки 10:19). Более того, поскольку суфии сосредоточены на "смерти" своего "я" и "союзе с Богом", следует предполагать, что в отсутствие Христа они способны заблуждаться относительно своего собственного опыта. Сатана способен ослепить их ум (2 Коринфянам 4:4). Поэтому не следует думать, что их обращение будет легким. Молитва станет действенной составной частью борьбы за суфиев. Помните, что пребывающий в вас Христос сильнее "духов", завладевших суфиями, и что Он наделен властью смирять или изгонять их.

Использование функциональных аналогов Евангелия

Итак, не забывая о том, что конечная цель нашей деятельности это участие в своего рода духовной брани, обратимся к предметам, вызывающим заинтересованность суфиев. Функциональные аналоги этих материй в рамках подлинно христианского опыта могли бы открыть их сердца. Попутно отметим, что под выражением "функциональный аналог" мы имеем в виду религиозный опыт, который может быть истинным или ложным, и что истинным является только опыт, основанный на вере в Иисуса Христа. Остальное же ложно. Из этого следует, что определенные формы и обрядовые действия с одинаковой легкостью могут использоваться как дьяволом, так и Христом. Наша цель употребить их во имя Христа.

Выяснив отправные точки нашей деятельности, предположим далее, что опыт суфиев это имитация истинного опыта. Он выражает устремление человеческого сердца к тому, что действительно возможно во Христе. Суфии лишен доступа ко Христу постольку, поскольку суррогат форм и обрядов, подчиненных чужеродным духам, занимает место, по праву принадлежащее только Ему.

Глядя на те способы, которые использовал бы христианский работник, пытаясь обратить суфия, можно для начала предложить следующие области, представляющие интерес для обеих сторон.

Любовь к Богу

Правоверным суфиям известна любовь к Богу. Наряду с этим им свойственно ощущение греховности и искреннее стремление к покаянию, в конечном счете, к отречению от мира. Суфии, в соответствии с их ограниченным пониманием религиозных феноменов, способны (и в этом они правы) различать, хотя не без некоторых искажений понятий, пути мирские и пути Господни. Только Дух Божий в открытом нам Писании способен устранить это искажение.

Самая суть иудейского и христианского учения состоит в любви к Богу. Моисей, вдохновленный Духом Божьим, оставил нам следующие бессмертные строки: "Слушай, Израиль (читай: народ Господа): Господь, Бог наш. Господь един есть. И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими" (Второзаконие 6:4,5).

Иисус, пришедший 1400 лет спустя, чтобы исполнить, а не отменить Закон, укрепил учение. Это видно из ответа иудейскому законнику, спросившему о том, какой закон важнее: "Возлюби Господа, Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь" (Матфея 22:37-38). В наши дни эта любовь лучше всего выражается в жизни христианского работника. И пусть миссионер-христианин остерегается несоответствия своей жизни всеподчиняющей любви к Богу. Наша жизнь должна отражать эту любовь, особенно в тех случаях, когда другие считают, что любовь к Богу глубоко укоренилась в нашем сердце. Жизнь христианина должна давать безошибочные свидетельства этой любви. Ведь Иисус говорил, что потому все узнают, что мы Его ученики, если будем иметь любовь (Иоанна 13:34,35).

Суфий полагает, что эта любовь будет проявляться в области индивидуального поклонения упоения Богом, действительно потусторонней сосредоточенности в Боге. Но христианская любовь к Богу, несомненно, простирается гораздо дальше, чем любовь в понимании суфия. Мы знаем, что истинная любовь к Богу выражается в любви к людям. Так что, с одной стороны, мы высоко оцениваем устремление суфиев к праведности. Но, с другой стороны, мы должны без тени сомнения идти дальше, чем это допускает их ограниченное и поэтому искаженное понимание любви. Настоящее всегда выше суррогата. Будем надеяться, что ваш знакомый суфий убедится в превосходстве истинной Христовой любви, которую увидит в вас, в вашей жизни и словах, когда сравнит ее со своим собственным несовершенным опытом.

Истинное покаяние

Сходным образом библейское понимание покаяния, греха, отречения от мира и своего "я" оказывается значительно более глубоким, чем в суфизме. Мы должны помнить, что некоторые свои идеи суфизм воспринял от христианских монахов. Но монашество, к сожалению, вместо того, чтобы держаться истинных библейских корней, в свою очередь восприняло идеи неоплатонизма о том, что физический мир плоти и материи греховен, и что все благо сосредоточено в духовной сфере (Wilson, 1989:90). Предполагалось, что грех состоит уже в том, чтобы обращать внимание на что-либо в физическом мире, набожность же заключалась в мыслях о Боге. Поэтому покаяние это отказ от мира и сосредоточение исключительно на Боге. Суфизм воспринял эти идеи из неоплатонизма посредством монахов заблудших христиан. Во всем этом утрачивалась библейская перспектива, в которой изначальное творение, включая мужчину и женщину хорошо. Вместо того, чтобы относиться к человеку как к существу нравственно падшему, но способному вернуться к жизни, суфизм видит единственный выход в "бегстве из мира". Это, конечно, ведет к пренебрежению своим долгом спасения ближних.

Христианский работник должен быть уверен в своем понимании библейской трактовки творения, грехопадения, деяний Господа, направленных на искупление, достигших своей кульминации в смерти Иисуса Христа на кресте, того, что Христос воскрес, не подвергшись тлению, и, наконец, того, что предполагает наше стремление к новым небесам и новой земле, где будет царить высшая правда. Библия утверждает творение и торжество жизни. Господь утверждает человеческое естество, деля нас на мужчин и женщин. Но следует сожалеть о неправильном использовании этих даров (в Библии это называется грехом) и извращенном и эгоистическом искажении Божьего промысла. Христианский работник призван показать несостоятельность суфийской трактовки творения, грехопадения и искупления. В восстановлении этих библейских истин единственный путь к тому, чтобы заложить основы правильного понимания духовного возрождения (нового рождения), крещения в Святом Духе, обретения жизни, праведности, основанной на вере, сочетании веры и Духа и надежды на пришествие Господа нашего Иисуса Христа, надежды увидеть новые небеса и новую землю. Это подводит нас к следующей точке соприкосновения с суфизмом.

Иисус как Свет мира

Помыслы суфия направлены на поиск глубокого внутреннего переживания Бога, в чем выражается его любовь к Богу и стремление к сокровенному духовному озарению (Божественному Свету). Суфиев, стремящихся к этому опыту, можно разбить на два лагеря: тех, кто стремится к экстатическому переживанию, льстящему человеческому тщеславию, и тех, кто действительно ищет Бога. Все, что мы можем сделать для первых это предупредить их о том, что они ищут "дар" вместо Дарящего; другим же мы можем предложить очень многое через веру в Иисуса Христа. Еще находясь среди людей, Иисус сказал: "Я свет миру" (Иоанна 8:12). Он утвердил таким образом собственную божественную природу. За тысячу лет до этого Давид писал: "Ибо у Тебя источник жизни; во свете Твоем мы видим свет" (Псалом 35:10). И Иоанн, вдохновленный Духом Святым, сказал о Господе: "В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его" (Иоанна 1:4,5)

Действительно, Иисус во всех отношениях "Свет Миру". Он не только ведает в Своей бесконечной мудрости, как именно все было создано и почему, но Он и укрепляет жизнь вплоть до настоящего момента. Миссионер должен учить тому, что и в наши дни Иисус "Свет миру", Вседержитель и Создатель, обладающий абсолютной мудростью и совершенством Промыслитель, само выражение Любви. В связи с этим чрезвычайно поучительным оказывается Первое Послание Иоанна: "Кто не любит, тот не познал Бога; потому что Бог есть любовь: (1 Иоанна 4:8). Иисус высшее Божественное выражение этой любви:

"Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его..." (Евреям 1:3). Иисус воплощение той любви, которую ищет суфий.

Христианское понимание смерти нашего "я"

Кроме жизни в любви, наши друзья-суфии должны знать, что другая сторона "предания себя Христу" это смерть нашего "я", смерть старого естества, смерть греха. Тогда мы живы для Бога. Именно в этом смысле, как смерть греха, мы переживаем то, что суфии называют "исчезновением". Апостол Павел писал о своем "исчезновении" следующим образом: "И уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего себя за меня" (Галатам 2:20).

И какая это жизнь ведь Сын самого Бога живет в нас, живет через нас совершенной жизнью любви. Абсолютное слияние с Богом во Христе. Это как раз то, что суфий ищет всю свою жизнь. И гораздо более того, о чем он когда-либо мечтал. "Мы же все, открытым лицом, как в зеркале, взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа" (2 Коринфянам 3:18).

Через Бога, через Христа, Духом Святым мы преображаемся в сам образ Божий и мы реально живем любовью, не уходя из мира, а погружаясь в нем с тем, чтобы помогать ближним. Нашей реальностью становятся пророческие слова самого Иисуса. И благодаря всему этому мы живем в том "Свете", к которому стремится суфий. Доказательством причастности к Свету служат добрые дела, которые заставляют людей признать присутствие Отца и воздать Ему хвалу.

Возрождение музыки

Для музыки также находится место. Своим запретом музыки в мечетях Мухаммад поверг в страшное уныние души мусульман. Софония, пророк, вдохновленный Духом Божьим, открыл нам, что Господь может петь. А почему бы и нет? Мы созданы по Его образу и мы поем. Он любит слушать как мы поем. Но сначала нам нужно увериться в том, что поет Он Сам: "Господь Бог твой среди тебя, Он силен спасти тебя; возвеселится о тебе радостью, будет милостив по любви Своей, будет торжествовать о тебе с ликованием (в дословном переводе: "с пением" Прим. ред." (Софония 3:17). И Он даровал нам Дух Свой, чтобы участвовать в нашем пении: "Исполняйтесь Духом, назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу, благодаря всегда за все Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа" (Ефесянам 5:18-20). Ортодоксальный ислам из-за ошибочного учения и примера Мухаммада был лишен такой роскоши, как пение. И Господь был лишен радости слушать, как Его дети поют. И суфиям ничего не оставалось, как только "позаимствовать" музыку у окружающих их людей. Господь вложил в нас любовь к музыке. Мы, христиане, можем так много предложить суфиям, черпая из нашей богатой музыкальной традиции.

Именно "поющие суфий" обратили в ислам так много язычников. Сейчас наша очередь привести к Иисусу суфиев при помощи музыки и песен. "Предстанем лицу Его со славословием, в песнях воскликнем Ему" (Псалом 95:2). Также и танцам, в сопровождении различных инструментов, должно найтись место в завоевании суфиев.

Да хвалят имя Его с ликами;

на тимпане и гуслях да поют Ему.

Ибо благоволит Господь к народу Своему,

прославляет смиренных спасением" (Псалом 149:3,4)

Хвалите Его со звуком трубным,

Хвалите Его на псалтири и гуслях.

Хвалите Его с тимпаном и ликами,

Хвалите Его на струнах и органе.

Хвалите Его на звучных кимвалах,

Хвалите Его на кимвалах громкогласных.

Все дышащее да хвалите Господа!

Аллилуйя (Псалом 150:3-6)

Давайте поможем суфиям найти свои настоящие корни в Иисусе. Давайте направим их музыкальные способности и песни к истинному Богу.

Способность суфизма приспосабливаться к среде

Способность суфизма приспосабливаться к местным условиям может быть обращена на пользу или же во вред христианству. Мы полагаем, что этот принцип гибкости и приспособляемости можно использовать, чтобы обеспечить основание для восприятия Евангелия. Давайте используем готовность суфиев оценить Евангелие и предоставим возможность выразить это так, как им это удобно. Например, можно было бы положить на местные виды музыки новые христианские гимны. Это предполагает богослужение данного народа на родном языке. Мы учим тому, как может воспринять Дух Божий один человек, и как все сообща, когда сам Бог живет в людях.

От суфийских собраний к домашним церквям

И, наконец, в тех местах, где большинство населения составляют мусульмане, которые могут быть даже враждебно настроенными по отношению к христианству, традиция суфиев встречаться небольшими замкнутыми группами образует прекрасное основание для создания "домашних церквей". Это может быть не только предпочтительным, но и просто необходимым в тех мусульманских странах, где открыто преследуется христианская церковь.

В заключительных главах этой книги мы остановимся на домашних церквях подробнее.

Особую благодарность за оцифровку текста редакция выражает

Ивану Огнёву 

email: umaximov@newmail.ru